Наверное, о дисморфофобическом расстройстве слышали многие, но не все знают, что за ним скрывается на самом деле. Большинство людей думает, что «человек с дисморфофобией беспокоится о своей внешности». Но я бы не назвала это чувство беспокойством. Я тревожный человек и все время волнуюсь. Беспокойство вполне терпимо. Беспокойство временно. Поэтому дисморфофобия — это не беспокойство.
На что похож мой обычный день? Всегда по-разному. Бывают хорошие дни, когда мысли о том, что я отвратительна и безобразна, идут фоновым шумом. Бывают нормальные дни. Тогда по утрам я могу несколько раз переодеться и буду беспокоиться, что меня увидят другие люди. В плохие дни я хочу содрать с себя кожу. Хочу избавиться от тех частей своего тела, которые я ненавижу. Я чувствую, что в этом теле для меня нет никакой возможности быть счастливой. Мне кажется, что оно не принадлежит мне. Я чувствую, что вынуждена жить с этим. Иногда плохие дни превращаются в плохие недели. Для меня дисморфофобия — это не тщеславие. Конечно, меня волнует, как я выгляжу. Наверное, все считают меня уродиной. Я прошу у мужа постоянного утешения. Я вижу, что люди думают, будто я тщеславна. Но даже если бы я была идеальна, я все равно ненавидела бы себя. Потому что в реальности дело совсем не в том, как я выгляжу.
В день своей свадьбы я выглядела очень мило. У меня было прелестное платье, мне очень шла прическа, и макияж выглядел очень красиво. Но когда я смотрела в зеркало, я не могла понять, как все это делает меня красивой. Все составляющие этого образа как будто существовали отдельно от меня. Я все еще была Лорой. Я все еще была безобразна.
Я знаю, что у других людей присутствует неуверенность в себе и низкая самооценка. Но они обладают способностью чувствовать себя привлекательными. Будь то новая прическа, красивый наряд или чувство, что вы нравитесь своему партнеру. У меня нет такой способности. И когда я переживаю трудные времена, я скорблю о том, что у меня никогда не было и, скорее всего, никогда не будет шанса испытать эти ощущения.
Что помогает моему дисморфофобическому расстройству?
Я предпочитаю, чтобы разговоры не касались того, как я выгляжу. Невинный комментарий легко закрутится в моей голове, и я могу зациклиться на этом. Однажды кто-то сказал, что у меня спортивные плечи. Меня похвалили за то, как хорошо и здорово я выгляжу, но я услышала другое: «У тебя слишком широкие плечи, и все это замечают». Комплименты, которые носят более общий характер, воспринимаются лучше, например: «Тебе идет это платье».
Поскольку я не чувствую, что владею своим телом, это помогает мне иногда брать его в собственность. Я ношу причудливую одежду и люблю экспериментировать с модой. Я хочу сделать татуировки, чтобы у меня были красивые рисунки на тех частях тела, которые вызывают стресс.
Когнитивно-поведенческая терапия помогает мне обучаться методам управления своими мыслями. Это также позволило мне понять, откуда приходят мои мысли, чтобы я могла начать исцеляться от прошлых травм.
Я не могу смириться с тем, что мне говорят: «внешность не имеет значения» и «у других людей есть проблемы посерьезнее». Я ничего не могу поделать с собой. Но делаю все, что в моих силах. Подобные комментарии предназначены для того, чтобы показать мне ситуацию с другой стороны. Но мой мозг так не работает, и, в конце концов, мне становится стыдно. Что мне помогает, так это признание и возможность чувствовать и исцеляться.
Я стараюсь, чтобы моя лента в социальных сетях была наполнена бодипозитивом. Чтение комментариев, связанных с бодишеймингом (бодишейминг – дискриминация людей, основанная на том, как выглядит их тело), даже если они не адресованы мне, действительно мешает выздоровлению. Я искренне верю, что счастье возможно. Я считаю, что могу чувствовать себя счастливой, даже если я не чувствую себя красивой.
Переведено для ЦИРПП. Источник
