Я составила данный список, чтобы окружающие знали это о моем пути к выздоровлению, и надеюсь, что это поможет им понять немного больше про РПП. Каждый человек, который боролся с расстройством пищевого поведения, знает, сколько вины и стыда сопровождало его из-за диагноза. Попытка справиться не только с самой болезнью, но и с неуместными комментариями и неверными представлениями окружающих о РПП, делает эту ношу непосильной.
-
Дело не всегда только в еде.
-
Не все люди, которые борются с расстройствами пищевого поведения, выглядят так, будто они больны.
-
Расстройство пищевого поведения – это не только анорексия.
-
При выздоровлении от одного расстройства пищевого поведения можно попасть в ловушку другого.
-
Расстройство пищевого поведения не появляется моментально, поэтому оно моментально не исчезнет.
-
Я хочу выздороветь… Но я очень устала.
-
При лечении расстройства пищевого поведения довольно часто обостряются симптомы других психических заболеваний.
-
Выздоровление – это самое трудное, что мне когда-либо приходилось делать.
-
Вы не можете заставить кого-то выздороветь.
-
Восстановление веса не означает выздоровление.
-
Мысли и разговоры о суициде — это не привлечение внимания.
Да, это называется «расстройством пищевого поведения», как же это может быть не о еде? Проще говоря, еда – это пешка в бесконечной игре разума, зависимости. Под зависимостью я подразумеваю, что человек, борющийся с расстройством пищевого поведения, может быть в некотором смысле зависимым от пищи. Будь то пристрастие к еде, мысли о еде или наказание себя едой. Причины возникновения РПП – гораздо глубже. И на самом деле они имеют гораздо меньшее отношения к еде, чем вы можете себе представить.
На самом деле, люди, которые борются с расстройствами пищевого поведения, могут чувствовать себя недостойными помощи и не обращаются за поддержкой, потому что они «недостаточно больны». А что означает «достаточно болен» в отношении человека с РПП? Он может быть «недостаточно худым». Могу сказать по своему личному опыту, что мне приходилось прикладывать гораздо больше усилий для борьбы с расстройством пищевого поведения при нормальном весе, чем при серьезном дефиците массы тела. Я также могу отметить, что, по крайней мере, 9 из 10 встреченных мной людей, которые борются с расстройствами пищевого поведения, выглядят физически здоровыми.
Это распространенное заблуждение подкрепляется дезинформацией и отсутствием осведомленности о расстройствах пищевого поведения, а также пропагандой худобы в средствах массовой информации. Существует множество типов РПП: нервная анорексия, нервная булимия, компульсивное переедание, орторексия, избирательное питание и другие. И, на заметку, ни одно расстройство пищевого поведения не превосходит другое – они все могут убить.
Это то, о чем меня никто не предупреждал. Никто, ни одна душа не сказала мне, что такое возможно. И так долго я чувствовала себя одиноко, потому что все вокруг меня имели одинаковое мышление и мысли, связанные с выздоровлением. Они думали, что, поскольку мой вес восстановился, и я, по большей части, выздоровела от ограничительного пищевого расстройства, я была в порядке. Они и не подозревали, что моя одержимость физическими упражнениями достигла своего пика, и теперь я боролась не только с тем, чтобы заставить себя есть, но и с чувством вины за то, что не смогла компенсировать это. И только когда я услышала, что кто-то еще говорит об этом, я поняла, что я не одинока. Поэтому, если вы сейчас находитесь в подобной ситуации, знайте, что вы не одиноки.
Представьте, сколько времени может понадобиться человеку, чтобы, например, научиться уверенно и безопасно управлять автомобилем? Или, допустим, вы целый месяц не водили машину, а потом сели за руль и… Разве вы забыли все приобретенные навыки вождения? Скорее всего, нет. Также и борющемуся с расстройством пищевого поведения потребуется немало времени, чтобы расстаться с привычным мышлением человека с РПП, и выздороветь при поддержке квалифицированных специалистов.
Я говорила это миллион раз и чаще всего мне на это отвечали следующее: «Тебе просто нужно взять себя в руки» или «Если бы ты действительно хотела выздороветь, ты бы уже сделала это». Ну, и мое любимое: «Тебе просто нравится внимание, которое ты получаешь из-за своей болезни». Но нет, это все непросто. Нельзя установить временные рамки для выздоровления, и нет, мне не нравится то внимание, которое получаю из-за своей болезни. Выздоровление – это работа на весь день плюс переработки. И единственная моментальная награда за тот тяжелый труд, с которым я справляюсь – это хороший ночной сон, потому что я истощена как физически, так и морально. Представьте, что вы убегаете от крокодила, пробираясь сквозь болото, с десятью кирпичами на каждом плече. Вот что такое выздоровление для меня.
Например, как только я начала регулярно есть и больше не использовала компенсаторное поведение, чтобы регулировать свои эмоции и наказывать себя, моя депрессия обострилась. Сначала я винила депрессию в увеличении веса и изменениях в моем теле. Но в действительности я больше не могла заглушить симптомы депрессии с помощью расстройства пищевого поведения. Когда вы страдаете от РПП, вы полностью поглощены им, все ваши усилия направлены на переживания о весе и фигуре. Не думайте, что человек, который выздоравливает от расстройства пищевого поведения и «внезапно впадает в депрессию», просто скачет от одного диагноза к другому. Потому что я сомневаюсь, что когда-либо встречала человека, который борется с РПП и не имеет при этом сопутствующего психического заболевания.
У меня нет слов, чтобы описать, насколько трудно выздоравливать. Но я постараюсь. Выздоровление не означает просто придерживаться определенного плана питания и набрать несколько килограммов. Подумайте об одной вещи в мире, которая пугает вас больше всего, а затем представьте, что вам придется сталкиваться с этим несколько раз в день до конца ваших дней. Одна мысль о том, чтобы отпустить расстройство пищевого поведения, которое было со мной на протяжении всей моей жизни, поражает. Но что еще хуже, так это осознание того, что жить с РПП – это как подписать себе же смертный приговор. Поэтому вы выбираете выздоровление и боретесь с самим собой всякий раз, когда принимаете пищу. А потом это начинает настолько вас подавлять, что сдаться болезни кажется единственным выходом. Вы настолько боитесь собственного разума, что смерть уже не кажется такой пугающей перспективой. Это постоянное балансирование между жизнью и смертью. И это не преувеличение. Выздоровление – это самое трудное, что мне когда-либо приходилось делать.
Да, вам кажется, что вы сможете убедить человека с расстройством пищевого поведения выбрать выздоровление, но это только его путь. И решение принимать только ему. И в процессе выздоровления очень важно, чтобы человек знал, что его мнение уважают и ценят. Вы можете попытаться обвинить в эгоизме человека, страдающего РПП. Но имейте в виду, что это скорее навредит, чем пойдет на пользу.
Восстановление и поддержание веса – это огромный шаг вперед, но, исходя из собственного опыта, это не означает выздоровление. Это лишь восстановление потерянного веса. Нельзя сказать: «Я набрал вес, так что теперь я выздоровел».
Эмоции, связанные с жизнью с расстройством пищевого поведения, не говоря уже о борьбе с ним, подавляют. Тебя постоянно сопровождают чувство вины и стыда. Возникает ощущение, что это никогда не кончится. Иногда ты не можешь дышать, есть или спать. Ты убежден, что занимаешь слишком много места в этом мире. Что попусту тратишь время близких, которые тебя поддерживают, потому что думаешь, что никогда не сможешь поправиться. Многие люди, страдающие РПП, решают покончить жизнь самоубийством. Задумайтесь об этом на минуту. Иногда кажется, что это единственный способ избежать постоянной внутренней борьбы, единственный способ положить конец мучениям и боли. Так что это не привлечение внимания.
Переведено для ЦИРПП, источник.
